Вверх

 

Новости проекта "Культура"

02.08.15 Новые страницы "Литературной Евпатории" - Юргис Балтрушайтис

31.07.15 Переиздана книга Анны Хорошко "Литературная Евпатория". Обращайтесь!

Добавлена страница об известном евпаторийце - Борисе Завальнюке

Добавлена рецензия на книгу А. Хорошко "Литературная Евпатория"

Приглашаю к сотрудничеству евпаторийских поэтов, прозаиков, художников. Пишите

31.10.11 Открылся сайт "Культура Евпатории"

Евпаторийские робинзоны

Предлагаю вашему вниманию статью из газеты ' Евпаторийская здравница' за январь 1990 года.

Статья посвящена памяти Леопольда Антоновича Сулержицкого.

***

I. ПРОВОДНИК «СИСТЕМЫ»

Л.А. СулержицкийСреди большого числа деятелей культуры и искусства, некогда посещавших Евпаторию, не последнее место принадлежит режиссеру и руководителю Первой студии Московского художественного театра Леопольду Антоновичу Сулержицкому. Имя его было широко известно в культурных кругах Москвы, Петербурга и других городов. Соратник К.С. Станиславского, большой друг Л.Н. Толстого, А.П. Чехова, А.М. Горького, Ф.И. Шаляпина, он прожил недолгую, но яркую жизнь.

Леопольд Антонович родился в 1872 году в Житомире в семье мещанина и довольно рано проявил способность к рисованию. Уже в 13 лет он помогал В.М. Васнецову в росписи фресок Владимирского собора в Киеве. В 1899 г. Леопольд Антонович поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Во время учебы он познакомился с Л.Н. Толстым, дружба с которым продолжалась до самой кончины великого писателя. На последнем курсе за антиправительственную речь Сулер (как называл его Толстой) был исключен из училища. С этого времени начался период его скитаний; был на военной службе, плавал матросом, подвергался аресту, ссылке и т.д. Он видел жизнь во всех ее проявлениях, встречался с разными людьми, накопил большой запас жизненных впечатлений.

Леопольд Антонович был великолепным художником и поэтом, литератором и музыкантом, танцором и певцом. Живой, общительный, он очень любил людей, умел зажечь их своим темпераментом, и те всегда отвечали ему взаимностью. В 1900 году с помощью М. Горького и А. Чехова Сулержицкий сближается со Станиславским. Именно такого человека — организатора, педагога, прекрасно знающего жизнь, — так недоставало Константину Сергеевичу, работавшему тогда над созданием своей знаменитой «системы». В 1906 году Леопольд Антонович становится режиссером и помощником К.С. Станиславского в МХТ. В первые годы совместной деятельности ими были поставлены спектакли «Драма жизни» Л. Андреева, «Синяя птица» Метерлинка и «Гамлет» Шекспира. Эти первые работы явились для Леопольда Антоновича хорошей режиссерской школой, способствовали поиску творческих основ создававшейся системы.

«Сулер, — писал К.С. Станиславский, — принес с собой в театр огромный багаж свежего живого духовного материала, прямо от земли... Он принес девственно-чистое отношение к искусству, при полном неведении его старых и захватанных актерских приемов ремесла... Он умел черпать материал только из природы и жизни, т. е. сознательно делал то..., к чему мы так жадно стремились, чему так трудно научиться и учить других».

Разработанная К.С. Станиславским «система» заключалась в новом методе работы над ролью, в «искусстве переживания» и конкретном воплощении этих переживаний на сцене. Привить артистам новые методы оказалось совсем не просто. С этой целью по инициативе К.С. Станиславского и Л.А. Сулержицкого была создана Первая студия Художественного театра из числа молодых артистов МХТ. Сюда входили Вахтангов, М. Чехов, Гиацинтова, Болеславский, Вл. Попов, Бирман, Хмара, Ал. Попов, Сушкевич, Дейкун, Дурасова и др. «Художественное и административное руководство студией принял на себя Сулержицкий, — писал Константин Сергеевич, — а я давал ему директивы... Сулер был хорошим педагогом. Он лучше меня умел объяснить то, что подсказывал мне мой артистический опыт. Он умел разговаривать с учениками, не пугая их опасными в искусстве научными мудростями. Это сделало из него отличного проводника так называемой «системы». Он вырастил группу учеников на новых принципах преподавания».

Однако личность   Сулержицкого ««далеко не исчерпывалась   его сценическим делом... — писал П.А. Марков. - Он  был в равной мере учителем жизни и учителем сцены. Впрочем, учителем жизни более, чем учителем сцены». Как бы развивая эту мысль, Станиславский говорил, что Сулер «хотел сблизить людей между собой, создать общее дело, общие цели, общий труд  и  радость.  Он  стремился слить воедино    два течения своей души — искусство и землю. «Нельзя жить одним искусством, одними  нервами,  — говорил он, — надо всем     вместе пожить и в природе. Только тогда мы по-настоящему узнаем друг друга,    сплотимся в семью и полюбим всех. Купим вместе землю, поедем пахать ее,     будем строить  дома на    черный день.    Зимой — искусство, летом — природа   и   земля».

2. ВЕЛИКИЙ ШАМАН

Сулержицкий предложил К.С. Станиславскому приобрести имение в Крыму на берегу моря, куда студия МХТ могла бы выезжать не отдых в летнее время,   Константин    Сергеевич согласился и возложил все дела на Сулержицкого. В 1912 г. Леопольд Антонович едет в Крым на поиски участка «земледельческой колонии» Первой студии и останавливается на Евпатории. Этот город был выбран им не случайно. Дело в том, что врачи обнаружили у Леопольда Антоновича нефрит и рекомендовали для лечения Евпаторию, которая, кстати, была благоприятна и   для   лечения     последствий тяжелого полиомиелита, перенесенного его сыном Митей. Всей семьей они приезжали сюда ежегодно с 1909 по 1916 год.

Первые годы Сулержицкие проживали на даче бывшего актера В.П. Черногорского (ныне санаторий «Южный» (сегодня это санаторий «Орленок» - М.Б.), которому Константин Сергеевич неоднократно предлагал вступить в труппу МХТ и предназначал роль Отелло. В своем письме Леопольд Антонович пишет,  что  первое время пребывание в Евпатории было до предела занято различными процедурами. «Электризация Мити, дыхание морским воздухом, потом я беру солнечную ванну, потом Митя — рапную, а я морскую, потом оба потеем, потом массаж Мите и т. д. целый день...».

В марте 1915 года Леопольд Антонович приобрел для Первой студии участок земли в 5 десятин, находившийся за Евпаторией (нынешняя территория санатория «Чайка») и тут же — небольшую дачу, которой дали шутливое название «Робинзон», т.к. стояла она одиноко в степи далеко от города. В июле 1915 г. группа актеров Первой студии провела свой отпуск в Евпаторийской   колонии.

Среди них были А.М. Сац, Е.Б. Вахтангов, Т.Н. Дуван, В.В. Тезавровский, Н.А. Подгорный, В.В. Соловьева, С.Г. Бирман и другие. Леопольд Антонович установил строгий режим, у каждого из студийцев была своя общественная обязанность; у одного — кухаря, у другого кучера, у третьего — лодочника и т. д. Они сами свозили и обтесывали камни для постройки общественных домов, складывали временные стены. Дома отделывали более экзотически, стараясь походить на первобытных людей: вместо крыши натягивали брезент, вместо дверей и окон — ковры и занавески, пол утрамбовывали из пляжного песка. В интерьере дома   были   каменные   сиденья,   покрытые   подушками, матерчатые   панели,   на стенах   вместо   электролампочки  висел  китайский  фонарик и т.д.

С. Г. Бирман вспоминала позднее, что «на даче жилось удивительно тихо и бездумно... Мы сбросили городские платья и городские обличья. Леопольд Антонович был костюмирован героем приключенческих романов Ж. Верна... Носили выдуманные имена: Леопольд Антонович назывался Великий Шаман, Соловьева — Раве (перевернутое «Вера»), Болеславский — Тооксу (чистая фантазия). Я — Намриб (пере вернутое «Бирман»), Мария Ефремова—Марамба. Вера Соловьева и я таскали по приказанию «шамана» огромные камни. Из них Болеславский, Ефремова, Ливанов и Тезавровский построили  себе   «вигвам».

На дачу иногда приезжали гости. Среди них был Константин Сергеевич Станиславский, артисты Большого театра. С.Г. Бирман также вспоминала, что по приглашению Дувана-Торцова (владельца евпаторийской гостиницы «Дюльбер», известного антрепренера, а потом артиста МХТ) студийцы приняли участие в концерте-капустнике, проходившем в городском театре. Судя по отзывам местной газеты, концерт прошел с большим успехом.

3. ПАМЯТИ НУЖНО ПРОДОЛЖЕНИЕ

На вырученные от спектаклей деньги студийцы под руководством Леопольда Антоновича построили общественные здания, небольшую гостиницу, конюшню, коровник, склады для сельскохозяйственных орудий, семян и прочее.

Значение поездок состояло в создании атмосферы труда, радости и веселья. Ведь, по сути, каждый день, проведенный на даче, в будни или праздники, сопровождался своеобразными играми, где взрослые и дети наряжались то индейцами, то венецианскими гондольерами и т. д. Эти игры на Евпаторийской даче представляли   своего рода импровизированные спектакли. Они сближали артистов, вырабатывали чувство коллективизма, так необходимое в сценической работе.
В.В. Шверубович — сын В.И. Качалова, заведующий постановочной частью МХТ, в своих воспоминаниях писал: «Мне кажется, что из сулеровских игр, из его празднеств.., родилась впоследствии игра-праздник «Принцесса Турандот», гениальное творение Вахтангова... Разве в этом не проявлялся талант режиссера, талант организатора людей в  искусстве?».

Замечательному начинанию Леопольда Антоновича по созданию летней колонии Первой студии не суждена была долгая жизнь. Болезнь быстро прогрессировала. Лето 1916 года, проведенное Сулержицким в Евпатории, стало последним. По приезде в Москву болезнь обострилась, и 17 декабря он скончался.

Значение  творческой деятельности Л.А. Сулержицкого для становления нового русского театрального искусства огромно. Оценку его вклада, как мне кажется, очень верно дал Ю. Завадский: «Может быть, не было бы системы Станиславского, если б не существовал Сулер с его живым ощущением действительности, удивительным педагогическим даром, с его способностью глубокого проникновения в людей и в жизнь...»

Константин Сергеевич горячо любил Сулера и высоко ценил его выдающийся талант.

В 1930 году в письме к М.С. Гейтцу, в котором кроме всего прочего, шел разговор о том, кто заменит теперешних режиссеров! Станиславский писал: «Как это ни грустно, но за всю мою жизнь среди всех многочисленных учеников таких режиссеров было два: 1) Сулержицкий, которого я считал человеком гениальным, и 2) Вахтангов — похуже, но тоже способный стать художественным вождем.

...Прошло 80 лет со дня первого приезда в Евпаторию этого замечательного человека. Памятью о пребывании его здесь, равно как и актеров Первой студии МХТ, является санаторий «Чайка», название которого, как утверждают, исходит из эмблемы МХТ. Однако этого явно недостаточно. Да и мало кто из местных жителей, а тем более гостей города-курорта; знает о связи Евпатории и Московского художественного театра. Первое, что необходимо сделать, как нам кажется, — создать в санатории «Чайка», на бывшей даче «Робинзон», музей   Первой студии МХТ.

Необходимо также продумать вопрос о памятнике Л.А. Сулержицкому или хотя бы мемориальной доске. Было бы целесообразно, кроме того, присвоить Евпаторийскому народному театру имя Л.А. Сулержицкого. Думаю, в связи с этим целесообразно пригласить артистов МХАТа в Евпаторию для посещения бывшей колонии Первой студии. Одновременно они могли бы взять шефство над городским народным театром. . Такая взаимосвязь будет полезной обеим  сторонам.

Ю. ЧЕЛЫШЕВ. искусствовед
 
  Культура Евпатории. Живопись Евпатории. Музыка Евпатории. Проза Евпатории. Поэзия Евпатории. Искусство Евпатории.  
Вверх страницы
 
Untitled Document
Maxx 2011-2015